Как бьют розгами или ремнем читать рассказы про детей

Фабрика Литературы | Литературный Журнал


Зима. В семь часов вечера тьма непроглядная.

Свет выключен, я стою у окна. В доме напротив почти везде светло. Некоторые из окон незанавешены.

Всё в той же квартире изо дня в день примерно в одно время происходит, казалась бы, странная для нашего времени вещь: мальчик приходит со школы, кладёт на стол раскрытый дневник, вытаскивает из штанов ремень и спускает их до лодыжек, ложиться на стул, закинув ремень на спинку. Мать возвращается с работы, с уставшим видом заглядывает в школьный дневник и лупит пацанёнка по заднице двенадцать раз.

Ни больше, ни меньше, словно ритуал. В других квартирах происходит почти тоже.

Время неумолимо, но многие вещи остаются неизменными. Причины и способы разные, цель одна. Наблюдая за происходящим, у меня не осталось сомнений в том, что я правильно выбрала тему для кандидатской по психологии.

И вот уже год я хожу из библиотеки в библиотеку, собирая информацию на тему «Наказание детей».

Сегодня 14 мая, 5 часов вечера. Я стою, опираясь на лестничный парапет, и с тоской смотрю на входную дверь. Скоро придет моя мать. Я с ужасом думаю об этом.

Что меня ждет?! От представления того, что она сделает со мной, сердце мое падает, в животе все сжимается, руки и ноги трясутся мелкой дрожью, а мягкое место покалывает тысячами, нет миллиардами острейших иголок! Причина моего животного страха – предстоящее наказание.

Безусловно, я его заслужила, плохо написала годовую контрольную по алгебре, хотя и занималась с репетитором.

Не понимаю, почему так вышло? Слышу скрежет ключа в замочной скважине, ну вот и все.

Уже совсем скоро я буду визжать от боли в «комнате под лестницей». Я так подозреваю, что раньше там была спальня моих родителей. Это просторная квадратная комната с прекрасным видом из окна, отделана красным деревом, в ней очень тихо и звуки, раздающиеся в этой комнате, не слышны больше ни в одной точке нашего просторного дома.

«Розги — ветви с древа знанья».

Как били детей на Руси

× Владимир Путин во время традиционной большой пресс-конференции заявил, что выступает против «перекосов» в ювенальной юстиции, отмечая, что «вмешательство в семью недопустимо».

Однако, по мнению президента,

«детей лучше не шлёпать и не ссылаться на какие-то традиции»

.

Лайф рассказывает о суровых мерах воспитания детей в России XVII–XIX веков. Традиция суровых наказаний детей существовала на Руси на протяжении не одного тысячелетия.

Как указывает Борис Миронов в книге

«Социальная история России периода империи: XVIII — начало XIX века»

, крестьяне считали, что родительская любовь состоит в строгом отношении к детям, поэтому наказание в любом случае идёт на пользу ребёнку. И, конечно, они не упускали случая наказать своих чад. Строгое отношение к детям было свойственно не только крестьянам, но и представителям высших сословий.

Уклад патриархальной крестьянской семьи строился на строгом подчинении младших старшим.

Первое наказание

Недавно я вспомнила, как меня наказали в первый раз и сегодня я вам подробно расскажу, как и за что меня пороли в детстве родители. Пороли меня за всё:за оценки, за проделки и т.

д. Первая порка моя случилась ещё во втором классе.

Дело было так: Я забыла тетрадку с домашним заданием дома и не выучила таблицу умножения.

Учительница сказала: – Ну что ж, Маша, придётся тебе двойку поставить!

Сегодня же позвоню маме. Я расплакалась прямо в классе и сидела вся в слезах весь урок. Как только урок кончился, ко мне подбежала моя подружка Оля (мы кстати до сих пор дружим)и начала меня утешать: – Маша, не плачь, всё будет хорошо. – Ты не понимаешь! У тебя то добрые и спокойные родители, а мои строгие!
И это правда, у Оли были очень добрые родители и почти не ругали.

– Всё будет хорошо! – Ладно, всё, не буду плакать! Прозвенел звонок на урок. Все остальные уроки я сидела молча, потому что боялась получить ещё одну двойку в дневнике.

Уроки кончились и все пошли домой.

Светлана была красивой женщиной, которая разменяла пятый десяток, но выглядела по-прежнему лет на тридцать. Она стояла в галантерее и уже собиралась купить обычную пластмассовую щетку для волос, как неожиданно услышала голос: – Ой, Светка, это ты? Голос принадлежал Ольге, давней подруге Светы.

– А, привет, Оль, какими судьбами?

– Да, забежала купить шампунь. – А я вот как раз хотела купить эту щетку для волос, – сказала Света, показывая на витрину.

– Не надо, возьми лучше возьми деревянную массажную.

Очень хорошая вещь, немецкая. Я такой уже давно пользуюсь. – Ладно, пожалуй, и, правда, лучше купить подороже – не на один же день покупаю. Светлана купила щетку, и они с Ольгой вышли из магазина. Подруги немного поболтали о работе, и перешли на детей: – Как твоя Ленка? Учится? – спросила Ольга. – Да, совсем от рук отбилась – постоянно грубит, пропускает лекции.

Не знаю, что и делать.

Рассказы о наказании розгой

Я уронила на пол печатную машинку отца и теперь со страхом ожидаю прихода родителей. Поскольку к печатной машинке мне было запрещено прикасаться, а разбила я ее вдребезги, то мне невероятно страшно от того, что меня ждет.

Наконец, я не выдерживаю и звоню на работу отцу, чтобы разрешить мое будущее.

Отец приказывает мне найти в шкафу его черный ремень и положить на диван в гостиной. Я совершенно сбита с толку и невероятно напугана, поскольку меня еще никогда не пороли.

Я вспоминаю отрывки услышанных мной в школе разговоров одноклассников о том, как их порют дома, и мне хочется провести эти три оставшиеся часа до прихода отца в обществе одного из них, кажется что у меня сейчас нет никого ближе чем эти одноклассники. Я звоню подружке, которую отец немилосердно сечет за двойки, и болтаю с ней о чепухе около часа.

А потом я иду в ванную смотреть в зеркало на свою попу и начинаю хныкать,

Это было в 1978 году. У меня с соседской девчонкой было 8 лет разницы: мне было 5 лет, ей – уже 13 (почти маленькая женщина, с развитой попкой и красивым бюстом, акселератка). Мы переехали в коммуналку в 1978 году, в мае.

В июне, кажется в начале, к нам постучалась соседка – тетя Галя, которая попросила меня и маму зайти к ним в комнату. В комнате стояла в ночной рубашке ее дочь Инга; посередине комнаты стояла невысокая короткая гимнастическая скамейка, рядом с ней, в корыте, мокли прутья, связанные в пучки (по два прута).

На скамейке лежали: маленький диванный валик и три веревки.

Тетя Галя пригласила нас с мамой сесть на диван и сказала: «Поскольку Инга себя вела из рук вон плохо, то я собираюсь ее высечь розгами при свидетелях. Прошу Вас, она обратилась к моей маме и ко мне, быть свидетелями наказания моей дочери, ей это будет стыднее, а тебе – она повернулась в мою сторону, послужит наукой.» Моя мама не возражала, поэтому порка началась.

В этой статье я хочу рассмотреть, как физическое насилие освещалось в книгах, которые были написаны для детей или стали частью детской культуры.

И начну я, пожалуй, с классических произведений.

Вряд ли кто-то поспорит с тем, что физическое насилие над ребенком — это плохо.

Но почему-то многие люди не хотят включать в понятие «насилие» телесные наказания.

Хотя я не вижу между этими двумя вещами никакой разницы. В литературе — и детской, и взрослой, — много примеров телесных наказаний.

Это была неотделимая часть жизни детей — они подвергались наказаниям дома, в школе, на барском дворе, да и просто на улице.

Мне пришлось ограничиться в этой статье только русской литературой, и она все равно получилась очень большой. На мой взгляд, примеров из русской классики вполне достаточно для создания полной картины. К тому же большая часть приведенных здесь книг — автобиографические.

Что освобождает нас от ненужной дискуссии о том, что переживания героев — это художественный вымысел и в жизни так не бывает. Хочу предупредить читателей, что приведенные в статье цитаты могут вызвать триггеры.

История обо мне и моих девчонках

Мои родители, которых и самих нередко пороли в детстве, перенесли это наказание в нашу семью.

Так что мое детство было неразрывно связано с поркой.

Сколько себя помню, во всяком случае с 3 лет – это точно, меня шлепали ремешком, а не ладошкой. В этом «заслуга» моей бабушки, которая в свое время провела с родителями разъяснительную беседу о том, что шлепать рукой – небезопасно, можно что-нибудь отбить у малышки, не рассчитав силы, а вот ремешок – самое то.

Вспоминается сейчас смутно, но кажется шлепали больно, и я обычно плакала. И все же «днем рождения» ремешка в моей жизни я считаю возраст в 5 с небольшим лет.